Об исторических злодеях и самозванцах

Всегда ли, описывая ту или иную ситуацию, историки правильно понимают внутреннюю психологию событий? Ведь неправильно понятая психология искажает, казалось бы, бесспорные исторические факты, а так же создает в информационном поле "неживые" штампы, кочующие затем из издания в издание. И уже трудно бывает различить, где легенда, где предание, а где реальная история.

Установить истинный ход событий порой не особенно трудно, просто редко кто предпочитает задумываться над общими местами, над тем что прочно "засело в голове" со школьных времён, что не вызывает сомнений. Устоявшиеся штампы настолько вросли в нашу культуру, что мы не замечаем сам предмет анализа, как не замечаем воздух, которым дышим. Найти первый толчёк – факт, в котором можно усомниться – труднее всей последующей работы. Всё дальнейшее, как говорится, дело техники и не требует работы на уровне интуиции и внезапных озарений.

В данной заметке на примере разбора отдельных фактов хотелось бы рассмотреть ряд классических стереотипов в истории.

"Пиар" в древнем мире

Имена римских императоров Калигулы и Нерона неразрывно связаны в сознании людей с жестокостью и изощренным развратом.

Однако, по моему мнению, жестокость вышеназванных правителей может оказаться на поверку излишне преувеличенной, гипертрофированной. При этом мне не кажутся слишком надуманными, например, описания зверств того же Ивана IV Грозного. И вот почему.

Описание жестокостей Нерона (последнего представителя династии Юлиев-Клавдиев), как и других императоров этой династии, делались в основном их политическими противниками. Все написанное ими напоминает до боли знакомые пропагандистские штампы, которые одна борющаяся сторона обычно использует против другой.

Представьте себе, что информация о белогвардейцах дошла бы к будущим поколениям только из красноармейской и советской печати (или наоборот, о "красных" — из белогвардейской). Тогда многие исторические лица России начала ХХ века выглядели бы в глазах потомков настоящими вурдалаками, почище Нерона. Но мы-то на примере недавней истории знаем, что и с той, и с другой стороны хватало и зверств, и благородства.

А вот Нерону и Калигуле не повезло. Великие римские историки (их противники) заклеймили этих правителей, а взгляды противоположной стороны до нас не дошли. Гонения Нерона на христиан и последующий многовековой монополизм христианства в Европе добавили последний мазок к образу "императора-зверя" — таким он и остался в сознании потомков. Правда, доходят глухие слухи о популярности Нерона у римлян. После его самоубийства один из преемников Нерона — Отон — даже прической пытался походить на "кровавого" императора. Но таких косвенных сведений почему-то замечать не хотят.

Что касается Ивана Грозного, то сведения, дошедшие о нем, не могут исходить от политических противников — явных противников у него в стране не было (кроме сбежавшего Курбского, да и тот стал открыто враждовать с царём, уже оказавшись за границей). Точнее, если и были, то стали молчаливыми и смирными покойниками. Источники здесь иные. Хотя преувеличений нельзя исключить и здесь.

"Гламур" как он есть

Теперь немного о самозванцах. Поведение и манеры всегда имели в жизни людей огромное значение. В древние времена — особенно. Ведь тогда не было развитой связи, быстрого транспорта и "защищенного" от подделки удостоверения личности. Любой, нацепивший соответствующую одежду, мог выдать себя за кого угодно (вспомним Маркиза Карабаса из сказки "Кот в сапогах"). Но при этом он должен был и уметь себя вести соответственно выбранной роли, а это посложнее, чем иметь удостоверение, это надо доказывать уверенностью, определёнными знаниями и естественностью поведения.

Поэтому насчет самозванства Пугачева и Лжедмитрия II вряд ли у кого возникнут сомнения. Сложнее дело обстоит с Лжедмитрием I и так называемой княжной Таракановой. Порой в исторических сочинениях проскальзывает мысль, что не такие уж они и самозванцы. Настолько по-царски вели себя.

Хотя даже если эти люди и были самозванцами, то они замечательные актёры. А может они искренне играли навязанную им КЕМ-ТО роль и были самозванцами поневоле, не зная о том, что самозванцы? Например. Есть предположение, что хотя Лжедмитрий I и не был сыном Ивана Грозного, его с детства воспитывали как настоящего царевича. И он не сомневался в своем высоком происхождении. Отсюда уверенность в поведении, знание ситуации и, как итог, захват власти в огромной стране.

Или вот ещё один пример. Из «Бехистуанской» надписи персидского царя Дария и некоторых других источников следует, что после смерти царя Камбиза к власти пришел маг Гаумата, который как две капли воды был похож на убитого Камбизом царевича Бардию. Однако у мага были отрезаны уши, об этом факте знали придворные. Гаумата скрывал отсутствие ушей под длинными волосами. Обман открылся благодаря дочке одного из придворных, которая была наложницей царского гарема. В результате маг был убит и царем стал Дарий.

Если с позиции исторической психологии проанализировать вышеприведённую легенду о маге Гуамате, захватившем власть потому, что он, мол, был ПОХОЖ, на царя, то можно прийти к выводу, что лгал Дарий. Девять шансов против одного, что надпись царя Дария лжёт. Скорей всего – был настоящий царь Бардия, был государственный переворот, свергнувший его. А узурпатор Дарий, чтобы оправдать законность своей власти, придумал историю о Гаумате. И удивляет, что многие серьезные историки из поколения в поколение пересказывают историю о безухом маге, не видя здесь случая классического, как говорят сейчас, "черного пиара".

Об оценке значительности исторических событий

Не секрет, что для более-менее объективной оценки событий надо, чтобы время отнесло нас от них на какое-то расстояние. При оценке событий "по горячим следам" нам постоянно грозит опасность скатиться в следующие крайности.

Первая — это когда современники преувеличивают значимость событий. Поэтому на столетие приходится несколько десятков "убийств века", "ограблений века" или "эпохальных съездов партии". В этой связи интересно вспомнить мнение китайцев о Первой мировой войне. Их довольно позабавило то, что "мировой" окрестили "склоку нескольких европейских держав, происходящую где-то на задворках Поднебесной”.

Вторая крайность — когда наоборот, не придают событию достойного значения. Например, современники не заметили в 476 г. конца Римской империи, в 1480 г. — конца монгольского ига, а в 1917 г. почти никто (кроме большевиков) не верил в значительность Октябрьской революции.

Третья же крайность связана с пиететом перед традицией, когда значительность современных событий занижается в сравнении с событиями древности (то есть древние "великие" события считаются несравнимо более важными и эпохальными). Конечно, во времена греко-персидских войн, когда на кону была судьба греческой цивилизации и сражались многотысячные армии, греки понимали, что участвуют в великих деяниях. Но для многих из них осада Трои, воспетая Гомером, которая по сути представляла собой борьбу нескольких сотен бородатых мужиков против защитников укрепленного поселка, казалась не менее важной по значению.

Конечно же, иногда события оцениваются вовремя и адекватно. Например, походы Александра Македонского, Великая Отечественная война или полет Гагарина. Но у потомков всегда больше шансов оценить факты того или иного века непредвзятым отстраненным взглядом.

Сергей Аксёненко

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.